Пожалуй, одним из самых острых вопросов, возникающих между работником и нанимателем, был, есть и будет вопрос о возмещении материального ущерба, причиненного работодателю, иначе — о материальной ответственности работника. Зачастую (об этом свидетельствует судебная практика) на работника возлагают вину за тот или иной вред, причиненный имуществу работодателя, и, как следствие, обязанность по его возмещению путем, к примеру, удержаний из заработной платы. Казалось бы, все просто: «ошибся/ обсчитался/ не досмотрел» — плати из собственного кармана. Однако законодатель подходит к этому вопросу несколько иначе, принимая при этом сторону работника.

Договор или «филькина грамота»?

Итак, начнем с азов. Согласно КЗоТ Украины, работники несут материальную ответственность за вред, причиненный предприятию, учреждению, организации вследствие нарушения возложенных на них трудовых обязанностей (ч. 1 ст. 130 КЗоТ). Обратите внимание, КЗоТ четко определяет, что материальная ответственность работника может возникнуть только при неисполнении или ненадлежащем исполнении им трудовых обязанностей, т. е. между работником и работодателем должны существовать взаимоотношения, оформленные трудовым договором, а не, скажем, гражданско-правовым договором подряда или оказания услуг. Так что, если повар, допустивший недостачу, оформлен по договору оказания услуг, привлечь его к полной материальной ответственности нельзя. Даже невзирая на заключенный между ним и работодателем договор о материальной ответственности, поскольку в гражданско-правовых отношениях он не имеет никаких юридических последствий.

Только трудовой договор является предпосылкой для возникновения материальной ответственности работника. При его отсутствии можно говорить лишь о возмещении ущерба в рамках Гражданского кодекса.

К примеру, в начале текущего года одним из райсудов Луганска слушалось дело № 2-111/11. В суд обратился представитель ООО, предъявив иск о взыскании причиненного работником материального вреда. Истец указал, что им для осуществления охраны имущества, в т. ч. автомобиля HYUNDAI ACCENT, им был заключен договор подряда, согласно которому ответчица приняла на себя обязательства об осуществлении охраны имущества истца с материальной ответственностью за сохранность этого имущества. Однако вскоре наниматель обнаружил, что названный автомобиль поврежден, причем эти повреждения получены во время выполнения ответчицей ее обязанностей. Истец был уверен, что между ним и ответчицей существовали трудовые правоотношения, а посему ответчица обязана возместить ему причиненный материальный ущерб в размере 9943 грн.

В свою очередь, ответчица и ее представитель исковые требования не признали, пояснив суду, что ни одного договора подряда, на который ссылается истец, сторонами подписано не было. Кроме того, ответчица указала, что неофициально работала у истца более четырех лет вахтером, а не охранником, у нее не было обязанностей по охране имущества истца, она не являлась материально ответственным лицом и не принимала на хранение указанный автомобиль. Ответчица также обратила внимание суда на то, что договор подряда, на который ссылался истец, является гражданско-правовым договором, в силу чего работником у истца она не являлась, служебных (трудовых) обязанностей на нее никто не возлагал. Изложенное истица подтвердила отсутствием записей о приеме на работу в трудовой книжке. Более того, женщина заявила о пропуске истцом срока исковой давности, поскольку повреждения автомобиля были выявлены весной 2008 г., а в суд истец обратился лишь весной 2010 г.

А что же суд? Он посчитал доказательства истца неубедительными и не подтверждающими, что: 1) ответчица работала у него в качестве охранника; 2) в ее обязанности входило хранение автомобиля; 3) она была материально ответственным лицом; 4) ей был передан автомобиль без повреждений и по ее вине возникли повреждения этого автомобиля. Почему суд сделал такие выводы? Потому что истец не представил соответствующие документы, подтверждающие указанные обстоятельства, а именно: трудовой договор, приказ о принятии на работу (или срочный трудовой договор), договор о полной материальной ответственности, акт или журнал описи имущества, переданного на хранение, акт сдачи имущества, его осмотра, акт выполненных работ. В своем решении суд указал, что иными доказательствами обстоятельства дела установить не представляется возможным. Не осталось без внимания суда и заявление ответчицы по поводу пропуска истцом срока для обращения в суд (пропуск срока исковой давности): «истцом пропущен годичный срок обращения в суд, предусмотренный КЗоТ Украины, поскольку повреждения автомобиля им были выявлены 20.04.2008, а иск предъявлен 15.04.2010». Как результат — в удовлетворении исковых требований ООО было отказано полностью.

Мораль сей истории такова: если работник не состоит со своим работодателем в трудовых отношениях, привлечь его к полной материальной ответственности нельзя. Оформление на работу, нынче весьма распространенное, путем заключения гражданско-правового договора (подряда, оказания услуги) влечет сугубо гражданские правоотношения, в т. ч. при взыскании убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением договора.

У страха глаза велики

Зачастую, чтобы «стимулировать» работника, ему навязывают заключение договора о полной материальной ответственности: мол, договор подписал — полностью отвечаешь за все недостачи и порчу имущества. Тем не менее, законодательство содержит ряд критериев, невыполнение которых работодателем дает работнику возможность избежать компенсации ущерба, обратившись в суд.

Дело в том, что согласно ст. 135¹ КЗоТ, такой договор можно заключить только с лицами, достигшими 18-летнего возраста, принимаемыми на должности и работы, непосредственно связанные с хранением, обработкой, продажей (отпуском), перевозкой или применением в процессе производства переданных им ценностей. При этом Перечень таких должностей (работ) действует еще с 1977 г. Более того, Постановлением Пленума ВСУ № 14 от 29.12.1992 (с изменениями от 03.12.1997) «О судебной практике по делам о возмещении вреда, причиненного предприятиям, учреждениям, организациям их работниками» четко установлено, что, рассматривая дела о материальной ответственности на основании письменного договора о полной материальной ответственности, заключенного работником и работодателем, суд обязан проверить, принадлежит ли ответчик к категории работников, с которыми, согласно КЗоТ, может быть заключен такой договор, и был ли он заключен. Поэтому прежде, чем раскошеливаться и полностью выплачивать убытки, причиненные работодателю, «матответственному лицу» следует внимательно перечитать указанный Перечень должностей и работ.

Если договор о полной материальной ответственности заключен «не с тем лицом», на работника может быть возложена только ограниченная материальная ответственность за причиненный им ущерб.

Изложенное в полной мере подтверждается и практикой отечественных судов. К примеру, одним из межрайонных судов Херсонской области слушалось дело № 2-1728/09 о возмещении материального вреда, причиненного сотрудником учебному учреждению. Истец мотивировал свои требования тем, что ответчик, принятый на работу в должности охранника, допустил недостачу материальных ценностей на сумму 2620 грн. В частности, как указал истец, во время дежурства ответчика, с которым был заключен договор о полной материальной ответственности, была совершена кража. Разумеется, ответчик иск не признал, пояснив суду, что предъявленные к нему требования безосновательны, поскольку, согласно нормам трудового законодательства, он на своей должности охранника не может быть материально ответственным лицом.

Вынося решение, суд обратил внимание, во-первых, на то, что согласно Перечню должностей и работ, замещаемых или выполняемых работниками, с которыми предприятия могут заключать письменные договоры о полной материальной ответственности, должность охранника (сторожа) не относится к категории должностей, с которыми ответчик мог заключить такой договор. А во-вторых, в предоставленной суду должностной инструкции сторожа отсутствует фамилия ответчика, равно как с этим документом не ознакомлены и иные работники, о чем свидетельствует отсутствие их подписей. В общем, оценив доказательства в их совокупности, суд посчитал, что истец не предоставил суду надлежащих доказательств, равно как и то, что доказательств, подтверждающих вину ответчика, суд не установил, поэтому учебному заведению в удовлетворении исковых требований было отказано полностью за недоказанностью.

Юлия Габдуллина
По материалам «Судебно-юридическая газета»