Если задаться целью, то можно собрать целую коллекцию нелицеприятных отзывов о сегодняшней системе организации рабочего процесса, Трудовом кодексе и правах работников. А фраза «Вот раньше люди жили…» слышится везде и всюду. Но что если вернуться назад в прошлое и вспомнить, как работалось людям в советский период? Так ли уж хорошо? И что будет, если указы сороковых годов воскреснут сейчас?

Всеобщая трудовая повинность

Каждый человек обязан работать! Никаких отговорок вроде «Отдохну месяц — другой, а потом начну искать работу», никакого домашнего хозяйства и фриланса. Кроме того, право выбора — устроиться менеджером по продажам или пойти поменять квалификацию — отменяется. Именно такая картина сложится, если вернуть самый первый Кодекс законов о труде РСФСР 1918 года.

Данный документ закреплял всеобщую трудовую повинность (ее несли даже школьники в учебных заведениях) и возможность принудительного привлечения к работе. То есть сотрудник не мог сам выбрать организацию и свободно заключить трудовой договор — абсолютно все работоспособные люди (ими не считались только инвалиды, беременные женщины и дети) шли трудиться туда, куда их направит отдел распределения рабочей силы. А за выступление из разряда «Не хочу в монтеры, хочу в артисты» запросто можно было попасть в зал суда.

Всем — поровну

Жалобы на тему «Почему Иванов получает больше, а Петров — вообще олигарх?» отпадали сами собой. Раздел кодекса 1918 года «О вознаграждении за труд» предполагал, что размер заработка определяется тарифом, применимым для каждой группы специалистов. Государство делило все профессии на категории и устанавливало для каждой потолок заработной платы — инженер Х не мог получать больше инженера Y, как бы ни старался. А понятия премий, индивидуальных надбавок или «вознаграждения в конверте» отсутствовали как класс, потому что в стране все равны.

Дальше — больше. Когда грянули роковые сороковые, над всем работающим населением повисла угроза тюремных сроков за малейшую провинность. Чего стоили следующие один за другим указы 1940 года, принятые Президиумом Верховного Совета СССР!

Выходных и увольнений по собственному не будет

Указ от 26 июня 1940 года переводил всю страну на восьмичасовой рабочий день и семидневную рабочую неделю, а также запрещал самовольный уход рабочих с предприятий.

Работник обязан любить свой завод! Именно обязан, а если не любит — «схлопочет» лагерный срок длительностью от двух до четырех месяцев. Увольняться по собственному желанию — нельзя, самовольно переводиться в другое учреждение — нельзя. Пункт пятый вышеозначенного указа гласил: «Рабочие и служащие, самовольно ушедшие из государственных, кооперативных и общественных предприятий или учреждений, предаются суду и по приговору народного суда подвергаются тюремному заключению сроком от двух до четырех месяцев».

Не любишь собственную компанию и жалуешься в курилке коллегам на никудышную систему мотивации? Терпи! В былые времена гордо бросить заявление на стол и уйти работать к конкурентам теоретически было можно, но только после того, как минуют четыре месяца тюремного заключения за этот красивый жест. И далеко не факт, что после наказания не придется возвращаться работать на прежнее предприятие.

С вещами на выход!

Зато указ от 19 октября 1940 года «О порядке обязательного перевода инженеров, техников, мастеров, служащих и квалифицированных рабочих с одних предприятий и учреждений в другие» щедро распределял работников по разным заводам и регионам, но почему-то без согласия самих инженеров, техников и мастеров. Увольняться по собственному — нельзя, а ехать в приказном порядке куда-нибудь «в деревню, в глушь, в Саратов» (и хорошо, если в Саратов) не просто можно, а обязательно. Страна растет и развивается, а рабочих рук не хватает.

Сейчас подобная ситуация выглядела бы абсурдно — положим, сидит себе сотрудник в офисе, пишет недельный отчет о проделанной работе. И тут открывается дверь, входят представители отдела распределения рабочей силы и объявляют: «Иванов, Петров и Сидоров собирают личные вещи и немедленно первым самолетом вылетают в Мурманск поднимать производство». В лучшем случае Иванов, Петров и Сидоров посмеются над «шутниками». А вот в советские годы было не до смеха — либо в Мурманск, либо в тюрьму.

Прогульщикам — бой!

Получасовое опоздание на работу сегодня вполне исчерпывается банальной отговоркой: «На дороге такие ужасные пробки». А уж взять день или два за свой счет по «уважительной причине» — вообще милое дело для большинства представителей трудящегося населения. В СССР за подобные, как сегодня кажется, «мелочи» можно было получить опять-таки лагерный срок и полгода исправительных работ на собственном предприятии.

Вернемся к указу от 26 июня 1940 года. Он запрещал уходить с работы без «уважительной причины», которых, к слову, было всего две: либо человек по заключению врачебно-трудовой экспертной комиссии считался непригодным к работе (вследствие болезни или инвалидности), либо поступал в вуз. Все остальные причины серьезными и уважительными не признавались. За отлучку — полугодовые исправительно-трудовые работы на собственном предприятии с удержанием до 25% заработной платы.

Директорам предприятий также грозила уголовная ответственность за «излишнюю мягкотелость», если вдруг они чересчур широко трактовали «уважительные» причины или покрывали работников-«прогульщиков». Кстати, прогулом признавалось опоздание на работу свыше 20 минут: не пришел трамвай, прорвало трубу — не имеет значения. Добросовестные советские рабочие не опаздывают! Приговоры касательно не очень пунктуальных граждан приводились в исполнение быстро — их рассматривали в пятидневный срок и немедленно карали виноватых.

В ответе за качество

Интересно рассмотреть еще два указа, вышедших в 1940 году: первый — от 10 июля об ответственности за выпуск недоброкачественной продукции, второй — от 10 августа об уголовной ответственности за мелкие кражи на производстве и хулиганство. За мелкие кражи (например, гайку или гвоздь) сотрудник мог получить один год тюремного заключения, за брак в работе — от пяти до восьми лет.

Попробуем перенести ситуацию на сегодняшний день. Унес корпоративную ручку или блокнот? Или, может, нахамил начальству (что, между прочим, приравнивалось к хулиганству)? Отправляйтесь, товарищ, на год в места не столь отдаленные! А если вдруг завалил дедлайн или, например, не выполнил план продаж? Привыкайте к мысли, что придется как минимум лет пять созерцать тюремные стены.

В общем, никаких вариантов у советских служащих не было: уволиться нельзя, поменять предприятие — тоже, да и отлынивать от работы трудоспособный человек в принципе не мог. Ответы на вопрос «К чему такие жестокие меры?» были довольно простыми — «В интересах общего дела» или «Вследствие сложной международной обстановки».

Представим картину. Вызывает начальник любого современного сотрудника и ставит перед фактом: «Уважаемый Иван Иванович, а не задержаться ли Вам сегодня до полуночи? Исключительно в интересах общего дела и, естественно, на бескорыстных началах — о каких дополнительных деньгах может идти речь в сложной международной обстановке? Кстати, и в отпуск вы в этом году не пойдете — по тем же самым причинам». Сейчас это представляется возмутительным или смешным. И, возможно, хорошо, что трудовые кодексы Советского Союза остались в прошлом.

Семидневную рабочую неделю отменили в 1946 году, а уголовную ответственность, связанную с нарушением трудовой дисциплины, — в 1956. Пятнадцатью годами позже был принят новый кодекс, который установил рабочую неделю длительностью в сорок один час, добавил новые праздничные дни и льготы. Так что ныне действующий Трудовой кодекс, который (если внимательно присмотреться) вовсе не так уж плох.

Тамара Рукосуева
По материалам «Rabota.ru»